Че­ло­век дол­жен быть ин­тел­ли­ген­тен. А если у него про­фес­сия не тре­бу­ет ин­тел­ли­гент­но­сти? А если он не смог по­лу­чить об­ра­зо­ва­ния: так сло­жи­лись об­сто­я­тель­ства? А если окру­жа­ю­щая среда не поз­во­ля­ет? А если ин­тел­ли­гент­ность сде­ла­ет его «белой во­ро­ной» среди его со­слу­жив­цев, дру­зей, род­ных, будет про­сто ме­шать его сбли­же­нию с дру­ги­ми лю­дь­ми?

Нет, нет и нет! Ин­тел­ли­гент­ность нужна при всех об­сто­я­тель­ствах. Она нужна и для окру­жа­ю­щих, и для са­мо­го че­ло­ве­ка...

Мно­гие ду­ма­ют: ин­тел­ли­гент­ный че­ло­век  — это тот, ко­то­рый много читал, по­лу­чил хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние (и даже по пре­иму­ще­ству гу­ма­ни­тар­ное), много пу­те­ше­ство­вал, знает не­сколь­ко язы­ков.

А между тем можно иметь все это и быть не­ин­тел­ли­гент­ным, и можно ничем этим не об­ла­дать в боль­шой сте­пе­ни, а быть все-таки внут­рен­не ин­тел­ли­гент­ным че­ло­ве­ком.

Ли­ши­те под­лин­но ин­тел­ли­гент­но­го че­ло­ве­ка пол­но­стью его па­мя­ти. Пусть он забыл все на свете, не будет знать клас­си­ков ли­те­ра­ту­ры, не будет пом­нить ве­ли­чай­шие про­из­ве­де­ния ис­кус­ства, за­бу­дет важ­ней­шие ис­то­ри­че­ские со­бы­тия, но если при этом он со­хра­нит вос­при­им­чи­вость к куль­тур­ным цен­но­стям, эс­те­ти­че­ское чутье, смо­жет от­ли­чить на­сто­я­щее про­из­ве­де­ние ис­кус­ства от гру­бой «шту­ко­ви­ны», сде­лан­ной толь­ко, чтобы уди­вить, если он смо­жет вос­хи­тить­ся кра­со­той при­ро­ды, по­нять ха­рак­тер и ин­ди­ви­ду­аль­ность дру­го­го че­ло­ве­ка, войти в его по­ло­же­ние, а поняв дру­го­го че­ло­ве­ка, по­мочь ему, не про­явит гру­бо­сти, рав­но­ду­шия, зло­рад­ства, за­ви­сти, а оце­нит дру­го­го по до­сто­ин­ству,  — вот это и будет ин­тел­ли­гент­ный че­ло­век... Ин­тел­ли­гент­ность не толь­ко в зна­ни­ях, а в спо­соб­но­стях к по­ни­ма­нию дру­го­го.

(Д. С. Ли­ха­чев)

Че­ло­век дол­жен быть ин­тел­ли­ген­тен. А если у него про­фес­сия не тре­бу­ет ин­тел­ли­гент­но­сти? А если он не смог по­лу­чить об­ра­зо­ва­ния: так сло­жи­лись об­сто­я­тель­ства? А если окру­жа­ю­щая среда не поз­во­ля­ет? А если ин­тел­ли­гент­ность сде­ла­ет его «белой во­ро­ной» среди его со­слу­жив­цев, дру­зей, род­ных, будет про­сто ме­шать его сбли­же­нию с дру­ги­ми лю­дь­ми?

Нет, нет и нет! Ин­тел­ли­гент­ность нужна при всех об­сто­я­тель­ствах. Она нужна и для окру­жа­ю­щих, и для са­мо­го че­ло­ве­ка...

Мно­гие ду­ма­ют: ин­тел­ли­гент­ный че­ло­век  — это тот, ко­то­рый много читал, по­лу­чил хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние (и даже по пре­иму­ще­ству гу­ма­ни­тар­ное), много пу­те­ше­ство­вал, знает не­сколь­ко язы­ков.

А между тем можно иметь все это и быть не­ин­тел­ли­гент­ным, и можно ничем этим не об­ла­дать в боль­шой сте­пе­ни, а быть все-таки внут­рен­не ин­тел­ли­гент­ным че­ло­ве­ком.

Ли­ши­те под­лин­но ин­тел­ли­гент­но­го че­ло­ве­ка пол­но­стью его па­мя­ти. Пусть он забыл все на свете, не будет знать клас­си­ков ли­те­ра­ту­ры, не будет пом­нить ве­ли­чай­шие про­из­ве­де­ния ис­кус­ства, за­бу­дет важ­ней­шие ис­то­ри­че­ские со­бы­тия, но если при этом он со­хра­нит вос­при­им­чи­вость к куль­тур­ным цен­но­стям, эс­те­ти­че­ское чутье, смо­жет от­ли­чить на­сто­я­щее про­из­ве­де­ние ис­кус­ства от гру­бой «шту­ко­ви­ны», сде­лан­ной толь­ко, чтобы уди­вить, если он смо­жет вос­хи­тить­ся кра­со­той при­ро­ды, по­нять ха­рак­тер и ин­ди­ви­ду­аль­ность дру­го­го че­ло­ве­ка, войти в его по­ло­же­ние, а поняв дру­го­го че­ло­ве­ка, по­мочь ему, не про­явит гру­бо­сти, рав­но­ду­шия, зло­рад­ства, за­ви­сти, а оце­нит дру­го­го по до­сто­ин­ству,  — вот это и будет ин­тел­ли­гент­ный че­ло­век... Ин­тел­ли­гент­ность не толь­ко в зна­ни­ях, а в спо­соб­но­стях к по­ни­ма­нию дру­го­го.

(Д. С. Ли­ха­чев)

Че­ло­век дол­жен быть ин­тел­ли­ген­тен. А если у него про­фес­сия не тре­бу­ет ин­тел­ли­гент­но­сти? А если он не смог по­лу­чить об­ра­зо­ва­ния: так сло­жи­лись об­сто­я­тель­ства? А если окру­жа­ю­щая среда не поз­во­ля­ет? А если ин­тел­ли­гент­ность сде­ла­ет его «белой во­ро­ной» среди его со­слу­жив­цев, дру­зей, род­ных, будет про­сто ме­шать его сбли­же­нию с дру­ги­ми лю­дь­ми?

Нет, нет и нет! Ин­тел­ли­гент­ность нужна при всех об­сто­я­тель­ствах. Она нужна и для окру­жа­ю­щих, и для са­мо­го че­ло­ве­ка...

Мно­гие ду­ма­ют: ин­тел­ли­гент­ный че­ло­век  — это тот, ко­то­рый много читал, по­лу­чил хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние (и даже по пре­иму­ще­ству гу­ма­ни­тар­ное), много пу­те­ше­ство­вал, знает не­сколь­ко язы­ков.

А между тем можно иметь все это и быть не­ин­тел­ли­гент­ным, и можно ничем этим не об­ла­дать в боль­шой сте­пе­ни, а быть все-таки внут­рен­не ин­тел­ли­гент­ным че­ло­ве­ком.

Ли­ши­те под­лин­но ин­тел­ли­гент­но­го че­ло­ве­ка пол­но­стью его па­мя­ти. Пусть он забыл все на свете, не будет знать клас­си­ков ли­те­ра­ту­ры, не будет пом­нить ве­ли­чай­шие про­из­ве­де­ния ис­кус­ства, за­бу­дет важ­ней­шие ис­то­ри­че­ские со­бы­тия, но если при этом он со­хра­нит вос­при­им­чи­вость к куль­тур­ным цен­но­стям, эс­те­ти­че­ское чутье, смо­жет от­ли­чить на­сто­я­щее про­из­ве­де­ние ис­кус­ства от гру­бой «шту­ко­ви­ны», сде­лан­ной толь­ко, чтобы уди­вить, если он смо­жет вос­хи­тить­ся кра­со­той при­ро­ды, по­нять ха­рак­тер и ин­ди­ви­ду­аль­ность дру­го­го че­ло­ве­ка, войти в его по­ло­же­ние, а поняв дру­го­го че­ло­ве­ка, по­мочь ему, не про­явит гру­бо­сти, рав­но­ду­шия, зло­рад­ства, за­ви­сти, а оце­нит дру­го­го по до­сто­ин­ству,  — вот это и будет ин­тел­ли­гент­ный че­ло­век... Ин­тел­ли­гент­ность не толь­ко в зна­ни­ях, а в спо­соб­но­стях к по­ни­ма­нию дру­го­го.

(Д. С. Ли­ха­чев)

Че­ло­век дол­жен быть ин­тел­ли­ген­тен. А если у него про­фес­сия не тре­бу­ет ин­тел­ли­гент­но­сти? А если он не смог по­лу­чить об­ра­зо­ва­ния: так сло­жи­лись об­сто­я­тель­ства? А если окру­жа­ю­щая среда не поз­во­ля­ет? А если ин­тел­ли­гент­ность сде­ла­ет его «белой во­ро­ной» среди его со­слу­жив­цев, дру­зей, род­ных, будет про­сто ме­шать его сбли­же­нию с дру­ги­ми лю­дь­ми?

Нет, нет и нет! Ин­тел­ли­гент­ность нужна при всех об­сто­я­тель­ствах. Она нужна и для окру­жа­ю­щих, и для са­мо­го че­ло­ве­ка...

Мно­гие ду­ма­ют: ин­тел­ли­гент­ный че­ло­век  — это тот, ко­то­рый много читал, по­лу­чил хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние (и даже по пре­иму­ще­ству гу­ма­ни­тар­ное), много пу­те­ше­ство­вал, знает не­сколь­ко язы­ков.

А между тем можно иметь все это и быть не­ин­тел­ли­гент­ным, и можно ничем этим не об­ла­дать в боль­шой сте­пе­ни, а быть все-таки внут­рен­не ин­тел­ли­гент­ным че­ло­ве­ком.

Ли­ши­те под­лин­но ин­тел­ли­гент­но­го че­ло­ве­ка пол­но­стью его па­мя­ти. Пусть он забыл все на свете, не будет знать клас­си­ков ли­те­ра­ту­ры, не будет пом­нить ве­ли­чай­шие про­из­ве­де­ния ис­кус­ства, за­бу­дет важ­ней­шие ис­то­ри­че­ские со­бы­тия, но если при этом он со­хра­нит вос­при­им­чи­вость к куль­тур­ным цен­но­стям, эс­те­ти­че­ское чутье, смо­жет от­ли­чить на­сто­я­щее про­из­ве­де­ние ис­кус­ства от гру­бой «шту­ко­ви­ны», сде­лан­ной толь­ко, чтобы уди­вить, если он смо­жет вос­хи­тить­ся кра­со­той при­ро­ды, по­нять ха­рак­тер и ин­ди­ви­ду­аль­ность дру­го­го че­ло­ве­ка, войти в его по­ло­же­ние, а поняв дру­го­го че­ло­ве­ка, по­мочь ему, не про­явит гру­бо­сти, рав­но­ду­шия, зло­рад­ства, за­ви­сти, а оце­нит дру­го­го по до­сто­ин­ству,  — вот это и будет ин­тел­ли­гент­ный че­ло­век... Ин­тел­ли­гент­ность не толь­ко в зна­ни­ях, а в спо­соб­но­стях к по­ни­ма­нию дру­го­го.

(Д. С. Ли­ха­чев)